BACKGROUND: The presence of concomitant chronic non-infectious diseases, which significantly increase in probability and severity with age, contributes to the intensity of external manifestations of involutional processes. This is absolutely true for the metabolic syndrome, which is confirmed to be associated with involutional changes in the skin and soft tissues of the face through systemic mechanisms of comorbidity, determining mutual additive influences.
AIM: The aim of the study was to evaluate the clinical efficacy of the combined use of transcranial magnetic field therapy, oxygen bar therapy, and laser phoresis of hyaluronic acid for the treatment of involutional skin changes in patients with metabolic syndrome.
MATERIALS AND METHODS: Using a simple randomization technique, patients with involutional skin changes associated with metabolic syndrome (n=120) were divided into 4 groups of 30 subjects each. Subjects in group 1 (control group) received only laser phoresis of hyaluronic acid; subjects in group 2 (comparator group 1) received one course of transcranial magnetic therapy; subjects in group 3 (comparator group 2) received one course of oxygen bar therapy; subjects in group 4 (experimental group) received one course of combined treatment (laser phoresis of hyaluronic acid + transcranial magnetic therapy + oxygen bar therapy). Results were evaluated based on changes in the severity of key clinical and functional signs of age-related skin changes. In addition, the quality of life of the patients was evaluated using the Dermatologic Index, and the overall aesthetic improvement was evaluated using the Global Aesthetic Improvement Scale (GAIS).
RESULTS: The comorbidity of chronoaging with metabolic syndrome is associated with subjectively more severe major clinical manifestations of facial skin aging and indicative changes in its morphological and functional parameters. A comparative analysis of the effectiveness of using different monotherapy regimens showed the most significant regression of clinical manifestations with the laser phoresis of hyaluronic acid. The total subjective score of major clinical manifestations of age-related skin changes decreased by 39.8% on a visual analog scale (VAS), and the quality of life increased by 61.7%. The GAIS score was 2.48. Visual analog scale scores were largely consistent with changes in objective skin parameters. In the transcranial magnetic therapy and oxygen bar therapy groups, the effect was weaker and almost equal. The highest efficacy was reported in the experimental group: regression of clinical manifestations of skin chronoaging and restoration of objective dermal parameters were reliable and exceeded the level of the control group after the treatment.
CONCLUSION: The combined treatment shows a significant increase in clinical efficacy due to the pathogenetic effect on the metabolic syndrome. Sinergy of therapeutic physical factors is achieved by different modalities, sites of treatment, and mechanisms of biological potential.
Обоснование. Наличие сопутствующих хронических неинфекционных заболеваний, включая метаболический синдром, вероятность и выраженность которых существенно увеличивается с возрастом, способствует усилению внешних проявлений инволютивных процессов. В полной мере это относится к метаболическому синдрому, взаимосвязь которого с инволютивными изменениями кожи и мягких тканей лица подтверждается системными механизмами коморбидности, определяющими взаимный аддитивный характер влияний.
Цель исследования ― оценка клинической эффективности комплексного применения транскраниальной магнитотерапии, оксигенобаротерапии и лазерофореза гиалуроновой кислоты для коррекции инволютивных изменений кожи у пациентов, страдающих метаболическим синдромом.
Материалы и методы. Методом простой рандомизации пациентки с инволютивными изменениями кожи, ассоциированными с метаболическим синдромом (n=120), разделены на 4 равноценные группы по 30 человек в каждой. Участники группы 1 (контрольная) получали только лазерофорез гиалуроновой кислоты, в группе 2 (сравнения 1) ― курс транскраниальной магнитотерапии, в группе 3 (сравнения 2) ― курс оксигенобаротерапии, в группе 4 (основная) ― курсовое комплексное лечение (лазерофорез гиалуроновой кислоты + транскраниальная магнитотерапия + оксигенобаротерапия). Результаты оценивали по динамике выраженности основных клинико-функциональных признаков возрастных изменений кожи. Дополнительно с помощью дерматологического индекса определяли уровень качества жизни пациенток и проводили оценку общего эстетического улучшения, используя шкалу GAIS.
Результаты. Коморбидность хроностарения с метаболическим синдромом сопровождается более высокой субъективной оценкой основных клинических проявлений старения кожи лица и достоверными изменениями показателей, отражающих ее морфофункциональные характеристики. Сравнительный анализ эффективности использования различных схем в группах монотерапии показал наиболее выраженный регресс клинических проявлений при курсовом применении лазерофореза гиалуроновой кислоты. Суммарный балл субъективной оценки основных клинических проявлений сенильных изменений кожи снизился по визуальной аналоговой шкале на 39,8%, а уровень качества жизни возрос на 61,7%. Субъективная оценка общего эстетического улучшения по шкале GAIS составила 2,48 балла. Динамика объективных показателей кожи во многом соответствовала результатам балльной оценки по визуальной аналоговой шкале. В группах транскраниальной магнитотерапии / оксигенобаротерапии эффект проявился слабее и носил примерно равный характер. Максимальная эффективность зафиксирована в основной группе: регресс клинических проявлений хроностарения кожи и восстановление объективных параметров дермы носили достоверный характер, превосходя уровень контрольной группы в точке после лечения.
Заключение. Комплексный подход сопровождается значимым приростом клинической эффективности за счёт патогенетического влияния на развитие метаболического синдрома. Синергетический тип взаимодействия лечебных физических факторов определяется различной модальностью, точками приложения и механизмами реализации их биологического потенциала.