Evaluation of the effectiveness of comprehensive physiotherapy to prolong the period of active longevity based on long-term follow-up results

Full Text

ОБОСНОВАНИЕ

Разработка эффективных программ сохранения активного долголетия сталкивается с большими трудностями, поскольку существует ряд методологических проблем. Во-первых, это достаточно большой срок наблюдения за пациентами, которые получают те или иные лечебно-профилактические процедуры. Во-вторых, выбор методов воздействия, априори предполагающих минимальное применение лекарственных препаратов, для того чтобы снизить нагрузку на печень, тем более, что в пожилом возрасте редко можно встретить абсолютно здорового человека, скорее наоборот — значительно чаще встречаются коморбидные пациенты. В-третьих, объективная оценка отдалённых результатов, что в ещё большей степени увеличивает длительность научных исследований в этой области. Наконец, в-четвёртых, необходимо применение специальных методов статистического анализа с высокими валидными и информативными характеристиками.

Учёт этих особенностей позволил создать алгоритм воздействия на механизмы преждевременного старения, основанный на активации процессов саногенеза и торможения патологических реакций коморбидных состояний путём комбинированного применения методов восстановительной медицины, который показал свою эффективность по результатам непосредственных наблюдений [1]. Доказано, что повторный (через 6 месяцев после завершения первого) лечебно-профилактический курс обеспечивает появление кумулятивного эффекта, а адекватно проведённый статистический анализ определил предикторы исходного состояния пациентов, позволяющие прогнозировать получение максимального результата в плане снижения биологического возраста [2]. Однако вопрос о том, как долго сохраняется достигнутый феномен и как часто необходимо рекомендовать разработанный физиотерапевтический комплекс, остаётся открытым.

Цель

Изучение отдалённых результатов применения комплексной физиотерапии и оценка предикторов её эффективности для увеличения длительности активного долголетия.

МЕТОДЫ

Дизайн исследования

Выполнено проспективное контролируемое сравнительное рандомизированное исследование.

Условия проведения

Исследование выполнено на базе Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского». В нём приняли участие 80 человек (46 мужчин и 34 женщины), средний возраст которых составил 59,6±1,94 года. У всех пациентов проанализировано исходное состояние по различным параметрам (биологический возраст, скорость старения, гормональная регуляция обмена углеводов и липидов, малоновый диальдегид, показатели системного воспаления, индекс жёсткости артерий), а также их динамика после применения различных оздоровительных программ (через 6 месяцев после первого курса, через 6, 12 и 18 месяцев после второго курса).

Критерии соответствия

Критерии включения:

• возраст пациента от 20 до 90 лет;
• подписанное информированное согласие пациента на участие в исследовании и публикацию медицинских данных в научных целях;
• способность посетить все запланированные визиты и пройти назначаемые процедуры и исследования.

Критерии невключения:

• выраженные отклонения лабораторных параметров, указывающие на наличие неизвестного заболевания или требующие дополнительного клинического исследования (по оценке исследователя);
• любое острое заболевание органов дыхательной системы менее чем за 3 месяца до включения в исследование;
• острые инфекционные или неинфекционные заболевания, обострение хронических заболеваний менее чем за 4 недели до начала исследования;
• наличие в анамнезе туберкулёза (лёгочный и внелёгочный), онкологических, аутоиммунных, кожных заболеваний (пузырчатка, псориаз, экзема, атопический дерматит);
• длительное применение (более 14 дней) иммунодепрессантов, системных глюкокортикостероидов или иммуномодулирующих препаратов в течение 6 месяцев, предшествующих исследованию;
• заболевания желудочно-кишечного тракта, печени, почек, крови, хирургические вмешательства на желудочно-кишечном тракте (за исключением аппендэктомии);
• значимая потеря веса (>10% массы тела за предшествующий год) неустановленной этиологии;
• клинически значимые отклонения в результатах лабораторных анализов;
• состояния, ограничивающие приверженность к участию в исследовании (деменция, психоневрологические заболевания, наркомания, алкоголизм и т.д.);
• участие в других клинических исследованиях (или приём исследуемых препаратов) в течение 3 месяцев до начала исследования;
• пациенты со злокачественными опухолями, включая послеоперационный период на фоне химио- и/или лучевой терапии;
• пациенты, у которых уровень активированного частичного тромбопластинового времени превышает нормальные показатели в 1,8 раза;
• пациенты, получающие в связи с каким-либо заболеванием антикоагулянты, а также лица, которые получали антикоагулянты как минимум в течение 1 часа перед липоаспирацией;
• отказ пациента от участия в исследовании и/или публикации медицинских данных в научных целях.

Критерии исключения:

• одновременное участие в других клинических исследованиях;
• подтверждённые носители ВИЧ, гепатита B или C;
• непереносимость факторов, воздействие которых предусмотрено протоколом проведения исследования.

Все пациенты подписали добровольное информированное согласие на проведение специального научного обследования и лечения с обработкой их персональных данных (в соответствии с ГОСТ Р 14155-2014).

Продолжительность исследования

Исследование выполнено в период с января 2023 по октябрь 2025 г.

Описание медицинского вмешательства

С помощью простой фиксированной рандомизации всех пациентов разделили на две группы. Пациенты первой группы (контрольная, n=40) получали стандартные рекомендации, которые включали умеренную физическую нагрузку (повышение частоты сердечных сокращений до 70% от максимальной при сохранении способности вести разговор без отдышки) и снижение калорийности питания. Пациенты второй группы (основная, n=40), дополнительно получали комплексную физиотерапию, включавшую:

• мультимодальные физиотерапевтические воздействия с помощью аппарата Alpha™ LED Оху Light Spa™ (одномоментное применение термотерапии, оксигенотерапии, вибротерапии и ароматерапии); назначали программу «Релаксация», продолжительность процедуры 15 минут, на курс 8–10 процедур, проводимых через день, чередуя с применением гипокси-гиперокситерапии;
• сухие углекислые ванны «Гейзер» (концентрация СО₂ 40–50%, температура 27–30 °С, длительность процедуры составляла 15 минут, на курс 10 процедур, проводимых через день);
• прессотерапию (процедуры проводили на аппарате TermoSalud Linfopress; длительность процедуры составляла 40 мин, на курс 10 процедур, проводимых через день);
• интервальную гипокси-гиперокситерапию, которую проводили на аппарате «РеОкси». Для персонализации параметров сеанса в самом начале курса назначали гипоксический тест, на основании которого аппарат автоматически подбирал для пациента наиболее физиологичные стартовые параметры. С помощью биологической обратной связи система аппарата в процессе каждого сеанса получала информацию от пациента в виде изменения частоты пульса и сатурации кислорода в крови, на основании чего автоматически подбирала смену времени и порядка периодов воздействия гипоксической или гипероксической смесью; первая процедура продолжительностью 15 минут, со второй процедуры — 30 минут, на курс 7–10 процедур, чередуя с применением аппарата Alpha™ LED Оху Light Spa™.

Процедуры сухих углекислых ванн, прессотерапии и интервальной гипокси-гиперокситерапии проводили в один день с интервалом между воздействиями 30 мин, чередуя с днями проведения мультимодальных физиотерапевтических воздействий.

Методы регистрации исходов

Результаты проводимых терапевтических мероприятий определяли в различные сроки через 6 месяцев после первого курса и через 6, 12 и 18 месяцев после второго, сравнивая их с исходными данными и данными групп пациентов, получавших различные методы воздействия. Оценка клинической эффективности проводилась по сокращению биологического возраста, рассчитанного по методикам В.П. Войтенко [3] и Л.М. Белозёровой [4], а также по снижению скорости старения [5].

Дополнительно результаты применения различных схем терапии оценивали по динамике маркёров воспаления (фактора некроза опухоли (ФНО) альфа, интерлейкина 6, индекса системного воспаления AISI), секреции гормонов (инсулина, кортизола, лептина), параметров углеводного и липидного обмена (глюкозы, холестерина, липопротеидов высокой плотности с расчётом индекса инсулинорезистентности НОМА и коэффициента атерогенности), малонового диальдегида. Кроме того, у всех пациентов оценивалась динамика относительной длины теломер, индекса жёсткости артерий, который анализировался при помощи метода объёмной сфигмографии на аппарате VaSera VS-2000 (Fukuda Denshi, Japan).

Этическая экспертиза

Исследование проводилось после одобрения протокола этической комиссией Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского» (№ 4/2022 от 29.11.2022).

Статистический анализ

Статистическую обработку первичного материала проводили с помощью параметрических методов оценки значимости статистических различий и регрессионного анализа, используя пакет прикладных программ Statistiсa v.12.6 и корреляционную адаптометрию [6].

РЕЗУЛЬТАТЫ

Анализ динамики различных показателей подтвердил высокую эффективность комплексной физиотерапии как в плане непосредственных, так и отдалённых результатов наблюдения (табл. 1). Самый главный феномен — это достаточно выраженное уменьшение биологического возраста вне зависимости от методики его расчёта. Если в исходном состоянии биологический возраст (по методикам Л.М. Белозёровой и В.П. Войтенко) был выше календарного на 4,09±0,26 и 2,32±0,19 года соответственно, то по истечении 6 месяцев после завершения второго курса комбинированной физиотерапии эта разница снизилась почти в три раза, а ещё через год (в отдалённом периоде наблюдений) пациенты основной группы стали «моложе» своего календарного возраста на 1,3±0,20 и 2,1±0,22 года соответственно.

 

Таблица 1. Динамика различных показателей у пациентов при применении комплексной оздоровительной программы (основная группа)

Table 1. Dynamics of various indicators in patients using a comprehensive health program (main group)

Показатель	Исходный уровень	Через 6 месяцев после первого курса	Через 6 месяцев после второго курса	Через 12 месяцев после второго курса	Через 18 месяцев после второго курса
Календарный возраст, лет	59,8±2,06	61,3±2,08	61,9±2,07	62,5±2,10	63,1±2,11
Биологический возраст (по Л.М. Белозёровой), лет	63,9±2,52	63,0±2,34	61,1±2,18*	61,5±1,02*	61,8±1,05*
Биологический возраст (по В.П. Войтенко), лет	62,1±2,40	62,2±2,32	60,4±2,09*	60,7±1,08	61,1±1,07
Скорость старения, усл. ед.	1,16±0,04	1,10±0,03	1,07±0,03*	1,06±0,02*	1,11±0,04
Длина теломер	7,01±0,10	7,12±0,11	7,16±0,13*	7,13±0,12	7,12±0,11
Индекс массы тела	27,5±0,18	27,1±0,17	26,8±0,15*	27,0±0,15*	27,1±0,17
Глюкоза, ммоль/л	5,60±0,15	5,47± 0,13	5,29±0,11	5,21±0,10*	5,42±0,12
Инсулин, мкЕ/мл	15,9±0,29	14,3±0,24*	13,6±0,21**	13,2±0,19**	13,8±0,21**
Индекс инсулинорезистентности НОМА	3,96±0,10	3,48±0,08*	3,20±0,07**	3,06±0,06**	3,32±0,07**
Холестерин, ммоль/л	4,41±0,11	4,30±0,10	4,16±0,08	4,10±0,07*	4,21±0,08
Липопротеиды высокой плотности, ммоль/л	1,23±0,05	1,25±0,05	1,28±0,06	1,31±0,06	1,25±0,05
Коэффициент атерогенности	2,59±0,05	2,44±0,05	2,25±0,04**	2,13±0,04**	2,28±0,05*
Малоновый диальдегид, ммоль/л	6,81±0,20	6,06±0,17*	5,75±0,14**	5,94±0,16**	6,55±0,18
Лептин, нг/мл	16,3±0,23	15,4±0,20*	14,8±0,18**	15,0±0,18*	15,9±0,21
Кортизол, нмоль/л	284±9,9	265±9,0*	250±8,6**	271±9,3	293±10,2
ФНО-альфа, пг/мл	7,88±0,23	7,20±0,20*	6,43±0,18**	6,59±0,20**	7,23±0,25
Интерлейкин 6, пг/мл	8,62±0,26	7,49±0,20**	6,85±0,12**	6,99±0,16**	8,05±0,21
Совокупный системный индекс воспаления AISI	294±8,2	260±7,3*	247±6,8**	259±7,4**	284±8,0
Индекс жёсткости артерий	10,3±0,31	9,45±0,26*	8,45±0,22**	8,74±0,27**	9,37±0,29*

Примечание. Звёздочками обозначена статистическая значимость динамики показателя по сравнению с исходным уровнем: * p < 0,05, ** p < 0,01.

 

Эти изменения были обусловлены комплексным воздействием физиотерапевтических факторов на различные функциональные системы организма. В частности, максимальное снижение индекса инсулинорезистентности НОМА, коэффициента атерогенности и уровня лептина в крови отмечалось через год после завершения комплексной физиотерапии (на 22,8, 17,8 и 9,2% соответственно). Аналогичная картина наблюдалась в динамике параметров хронического воспаления (максимум снижения отмечался через один год после завершения второго курса и составил для ФНО-альфа 18,4%, интерлейкина 6 — 22,3%, совокупного системного индекса воспаления AISI — 16,0%). Более того, даже ещё через 6 месяцев эти показатели были значимо ниже исходных значений. В то же время через 1,5 года после окончания второго курса комплексной физиотерапии уровни в крови кортизола, лептина, малонового диальдегида и параметры системного воспаления практически возвращались к исходному значению (до применения физиотерапевтических процедур). Особо отметим, что даже в конце периода отдалённых наблюдений сохранялся положительный статистически значимый эффект проводимой коррекции по индексу инсулинорезистентности, коэффициенту атерогенности и индексу жёсткости артерий.

Стандартный метод поддержания здоровья на должном уровне оказался малоэффективным (табл. 2). Во-первых, так и не удалось снизить биологический возраст пациентов, что однозначно свидетельствует о прогрессирующем характере уменьшения периода активного долголетия. Так, если календарный возраст пациентов за всё время исследований вырос в среднем на 2,39±0,16 года, то биологический возраст, рассчитанный по методике Л.М. Белозёровой, — на 3,18±0,22 года (p < 0,01), а по методике В.П. Войтенко — на 2,91±0,18 года (p < 0,05).

 

Таблица 2. Динамика различных показателей у пациентов при применении умеренной физической нагрузки, снижении калорийности питания и витаминотерапии (контрольная группа)

Table 2. Dynamics of various indicators in patients with moderate physical activity, reduced calorie intake and vitamin therapy (control group)

Показатель	Исходный уровень	Через 6 месяцев после первого курса	Через 6 месяцев после второго курса	Через 12 месяцев после второго курса	Через 18 месяцев после второго курса
Календарный возраст, лет	60,1±1,88	60,7±1,95	61,2±1,82	61,9±1,93	62,5±2,04
Биологический возраст (по Л.М. Белозёровой), лет	63,7 ±2,42	63,8±2,48	64,5±2,56	65,8±2,40	66,9±2,39
Биологический возраст (по В.П. Войтенко), лет	62,4±2,33	62,8±2,45	63,2±2,54	64,0±2,48	65,3±2,44
Скорость старения, усл. ед.	1,18±0,04	1,19±0,04	1,21±0,05	1,18±0,05	1,22±0,05
Длина теломер	7,01±0,10	7,12±0,11	7,16±0,13	7,13±0,12	7,12±0,11
Индекс массы тела	28,1±0,19	28,3±0,20	28,9±0,22*	29,1±0,23*	29,4±0,20**
Глюкоза, ммоль/л	5,44±0,14	5,51±0,15	5,59±0,17	5,56±0,18	5,63±0,20
Инсулин, мкЕ/мл	14,7±0,26	15,0±0,29	15,4±0,31	15,8±0,33	16,4±0,38
Индекс инсулинорезистентности НОМА	3,55±0,09	3,67±0,11	3,83±0,13	3,90±0,15*	4,10±0,19**
Холестерин, ммоль/л	4,22±0,10	4,28±0,11	4,36±0,12	4,42±0,15	4,53±0,16
Липопротеиды высокой плотности, ммоль/л	1,18±0,04	1,17±0,04	1,15±0,03	1,13±0,03	1,11±0,03
Коэффициент атерогенности	2,58±0,05	2,66±0,05	2,79±0,06*	2,91±0,07**	3,08±0,08**
Малоновый диальдегид, ммоль/л	6,75±0,19	6,84±0,21	6,88±0,23	7,04±0,26**	7,25±0,28**
Лептин, нг/мл	17,9±0,25	18,2±0,27	18,6±0,28*	18,9±0,30*	19,3±0,31*
Кортизол, нмоль/л	305±10,6	312±11,5	322±12,9	340±14,3	361±20,2*
ФНО-альфа, пг/мл	1,33±0,07	1,40±0,08	1,45±0,10	1,55±0,11	1,64±0,12*
Интерлейкин 6, пг/мл	6,48±0,15	6,72±0,19	7,33±0,23**	7,49±0,26**	7,55±0,28**
Совокупный системный индекс воспаления AISI	288±10,6	280±10,1	292±10,9	302±11,5	326±12,4*
Индекс жёсткости артерий	9,01±0,42	9,17±0,45	9,44±0,47	9,80±0,49	10,7±0,54*

Примечание. Звёздочками обозначена статистическая значимость динамики показателя по сравнению с исходным уровнем: * p < 0,05, ** p < 0,01.

 

Во-вторых, через год-полтора после оздоровительных мероприятий отмечалась негативная динамика. Так, на 9,9–15,2% вырос индекс инсулинорезистентности, один из серьёзных предикторов сердечно-сосудистых заболеваний с высоким риском летального исхода [7–10], на 19,4% увеличился индекс атерогенности, что наряду с ростом индекса жёсткости артерий на 13,7–19,4% может провоцировать развитие атеросклероза [11].

В целом негативную картину по отдалённым результатам дополняет увеличение продукции лептина, кортизола, системных признаков хронического воспаления, малонового диальдегида (в диапазоне от 7,8 до 23,23%).

Учитывая тот факт, что преждевременное старение сопровождается патологическими реакциями полиморбидного характера, мы выделили три параметра, два из которых интегрально описывали нарушения обмена углеводов (индекс инсулинорезистентности) и липидов (коэффициент атерогенности), а также воспалительные процессы (системный индекс воспаления). Затем был проведён корреляционный анализ их взаимосвязи с другими показателями, характеризующими состояние пациентов на исходном уровне и через 12 месяцев после второго курса применения комплексной физиотерапии. Установлено два основополагающих фактора (табл. 3).

 

Таблица 3. Матрица корреляционных взаимосвязей параметров с индексом инсулинорезистентности, коэффициентом атерогенности и системным индексом воспаления у пациентов через 12 месяцев после применения комплексной физиотерапии

Table 3. Matrix of correlation relationships of parameters with the insulin resistance index, atherogenicity coefficient and systemic inflammation index in patients 12 months after the use of complex physiotherapy

Показатель	Индекс инсулинорезистентности		Коэффициент атерогенности		Системный индекс воспаления AISI
	до физиотерапии	через 12 месяцев после второго курса физиотерапии	до физиотерапии	через 12 месяцев после второго курса физиотерапии	до физиотерапии	через 12 месяцев после второго курса физиотерапии
Календарный возраст	+0,558**	+0,305	+0,408**	+0,321*	+0,355*	+0,291
Биологический возраст (по Л.М. Белозёровой)	+0,539***	+0,299	+0,395*	+0,260	+0,387*	+0,301
Биологический возраст (по В.П. Войтенко)	+0,493***	+0,357*	+0,426*	+0,289	+0,342*	+0,280
Скорость старения	+0,442**	+0,280	+0,430**	+0,363*	+0,409**	+0,295
Длина теломер	-0,428**	-0,366*	-0,377*	-0,306	-0,384*	-0,355*
Индекс массы тела	+0,589***	+0,410**	+0,502***	+0,386*	+0,171	+0,146
Малоновый диальдегид	+0,369*	+0,185	+0,237	+0,255	+0,318*	+0,275
Лептин	+0,385*	+0,307	+0,418**	+0,356*	+0,366*	+0,343*
Кортизол	+0,310	+0,193	+0,227	+0,201	+0,280	+0,306
ФНО-альфа	+0,415**	+0,302*	+0,334*	+0,319*	+0,505***	+0,512***
Интерлейкин 6	+0,388*	+0,364*	+0,265	+0,289	+0,433**	+0,406**
Индекс жёсткости артерий	+0,244	+0,185	+0,416	+0,350	+0,315*	+0,166
Вес корреляционного графа G	5,17	3,52	4,49	3,78	4,12	3,65

Примечание. Звёздочками обозначены статистически значимые значения коэффициентов корреляции: * p < 0,05, ** p < 0,01, *** p < 0,001.

 

Во-первых, степень выраженности взаимозависимостей после комплексной физиотерапии существенно снижается, что подтверждается уменьшением веса корреляционного графа G для каждого параметра.

Во-вторых, индекс инсулинорезистентности явно претендует на роль одного из основных факторов преждевременного старения, что подтверждается опять-таки одним из показателей корреляционной адаптометрии — большим весом корреляционного графа на исходном уровне (G=5,17) и степенью его снижения в отдалённом периоде после применения комплексной физиотерапии (на 30,0%).

Это заключение дополнительно обосновывается результатами анализа предикторов эффективности комплексной физиотерапии (по отдалённым результатам), который был проведён с использованием множественной линейной регрессии. В качестве результирующих признаков были выбраны три параметра, в максимальной степени характеризующих степень выраженности процесса преждевременного старения: биологический возраст, рассчитанный по методикам В.П. Войтенко и Л.М. Белозёровой, а также скорость старения. Результаты регрессионного анализа с проверкой валидности и информативности статистических моделей представлены в табл. 4.

 

Таблица 4. Стандартизованные коэффициенты регрессионного уравнения для предикторов активного долголетия по результатам отдалённых наблюдений (через 12 месяцев после завершения второго курса комплексной физиотерапии)

Table 4. Standardized coefficients of the regression equation for predictors of active longevity based on the results of long-term observations (12 months after completion of the second course of complex physiotherapy)

Показатель	β-коэффициент	Ошибка	Критерий Стьюдента	р
Результирующий признак — биологический возраст по В.П. Войтенко
Индекс инсулинорезистентности	-0,291044	0,132198	2,201210	0,032207
Коэффициент атерогенности	-0,184702	0,203470	0,907617	0,385042
Длина теломер	+0,315348	0,140212	2,278330	0,026443
Индекс воспаления AISI	-0,221745	0,104775	2,117479	0,041371
Малоновый диальдегид	-0,107648	0,116102	0,926787	0,403075
R=0,6047; R2=0,3656; F=3,4057; р=0,014625. Воспроизводимость модели — 70,7%
Результирующий признак — биологический возраст по Л.М. Белозёровой
Индекс инсулинорезистентности	-0,300524	0,124355	2,417539	0,012174
Коэффициент атерогенности	-0,1270025	0,174582	0,727377	0,523086
Длина теломер	+0,403318	0,186115	2,167114	0,039316
Индекс воспаления AISI	-0,145744	0,107411	1,356611	0,156578
Малоновый диальдегид	-0,344989	0,153305	2,250489	0,028774
R=0,7295; R2=0,5322; F=4,2047; р=0,009345. Воспроизводимость модели — 85,2%
Результирующий признак — скорость старения
Индекс инсулинорезистентности	-0,340475	0,15527	2,193943	0,032064
Коэффициент атерогенности	-0,109748	0,255354	0,429691	0,694033
Длина теломер	+0,215931	0,094277	2,289502	0,021461
Индекс воспаления AISI	-0,168282	0,113736	1,480211	0,124845
Малоновый диальдегид	-0,180312	0,161945	1,113650	0,192337
R=0,3630; R2=0,1318; F=1,4922; р=0,143062. Воспроизводимость модели — 54,8%

Примечание. Жирным шрифтом выделены статистически значимые параметры.

 

Установлено, что вне зависимости от результирующей переменной два признака (индекс инсулинорезистентности и длина теломер) полноценно претендуют на роль основных предикторов эффективности комбинированной физиотерапии по отдалённым результатам наблюдений, и на втором месте располагается индекс воспаления AISI или малоновый диальдегид. В любом случае ясно, что эффективность лечения зависит от исходного состояния пациентов: она выше при минимальных значениях индекса инсулинорезистентности, хронического воспаления и оксидативного стресса при высоких значениях длины теломер.

Обратим внимание на ещё один факт — регрессионное уравнение, результирующим признаком которого был биологический возраст, рассчитанный по методике Л.М. Белозёровой, в большей степени, чем другие, отвечает валидности и информативности, что подтверждается более высокими значениями коэффициента детерминации (R²=0,5322) и воспроизводимости статистической модели (85,2%).

ОБСУЖДЕНИЕ

Проведённые нами исследования убедительно подтверждают роль резистентности к инсулину как в процессах преждевременного старения, так и в механизмах лечебно-профилактического действия комплексной физиотерапии. И этому есть простое объяснение: увеличение индекса инсулинорезистентности становится основой для развития инсулиннезависимого сахарного диабета [12] и сердечно-сосудистых заболеваний [7, 10], которые достаточно часто встречаются у лиц пожилого возраста и, естественно, не только сокращают период активного долголетия, но и приводят к преждевременной смерти. Поскольку комплексная физиотерапия включала три физических фактора, полагаем, что гипокси-гиперокситерапия в большей степени, чем другие, могла оказать влияние на чувствительность тканей к инсулину. Ранее рядом исследователей было установлено, что гипоксия в горной местности способствует оптимизации инсулиновой регуляции углеводного обмена [13, 14]. Возможно также, что и сухие углекислые ванны, которые сопровождаются локальной гипоксией, внесли свой вклад в снижение индекса инсулинорезистентности. В то же время повышение насыщения организма пациента кислородом (при гипероксическом воздействии) также может снижать резистентность к инсулину [15], но при этом ещё и оказывать противовоспалительное действие [16].

Учитывая тот факт, что резистентность к инсулину сопровождается увеличением его секреции натощак, напомним, что этот гормон, как мощный атерогенный фактор [17], напрямую связан с нарушением липидного обмена, что в наших исследованиях проявилось в виде существенного увеличения коэффициента атерогенности, прямо коррелирующего с индексом инсулинорезистентности. Следовательно, терапевтический эффект, связанный с увеличением чувствительности тканей к инсулину, носит полимодальный характер и включает оптимизацию метаболических реакций в целом. А это в той или иной степени связано с процессами энергогомеостаза, активация которых может стать одним из предикторов усиления саногенетических реакций, то есть увеличения функциональных резервов организма человека. Косвенно о важной роли оптимизации инсулиновой регуляции метаболизма углеводов и липидов в усилении неспецифической резистентности организма к неблагоприятным и патогенным воздействиям свидетельствуют фундаментальные исследования Н.Д. Полушиной [18], которая доказала, что феномен первичной профилактики при курсовом приёме минеральных вод сопровождается повышением чувствительности тканей к инсулину.

Отметим также факт достаточно длительного периода сохранения достигнутых положительных результатов после двух курсов комплексной физиотерапии: значения некоторых показателей даже через год-полтора не возвращались к исходному уровню. Разгадка этого феномена, скорее всего, лежит в плоскости теоретических разработок известного физиотерапевта В.С. Улащика и других авторов, которые предсказали высокую вероятность развития супрааддитивного (взаимопотенцирующего) эффекта при применении комплекса физических факторов с принципиально разными механизмами действия [19–24].

Анализ предикторов эффективности комплексной физиотерапии по результатам отдалённых наблюдений подтвердил наши более ранние выводы о важной роли резистентности к инсулину и реализации этого феномена и показал, что наиболее адекватным уравнением множественной регрессии является модель, в которой результирующим признаком был выбран биологический возраст, рассчитанный по методике Л.М. Белозёровой, что позволяет по трём показателям (индексу инсулинорезистентности, относительной длине теломер и концентрации в крови малонового диальдегида) персонифицировать и прогнозировать возможность удлинения периода активного долголетия.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты проведённых исследований убедительно подтверждают тот факт, что преждевременное старение, в существенной мере ограничивающее длительность активного долголетия, является результатом системных нарушений, среди которых одну из главных ролей играют патологические изменения в системе инсулиновой регуляции обмена углеводов и липидов. А это, в свою очередь, определяет и конкретизирует пути лечебно-профилактического воздействия. Есть достаточно много оснований полагать, что методы восстановительной медицины в этом плане имеют хорошие перспективы, поскольку не только аппаратная физиотерапия, но и природные физические факторы обладают выраженным стимулирующим влиянием на гормональную регуляцию метаболических реакций и при этом не оказывают какого-либо существенного побочного действия, просты в применении и доступны широким слоям населения.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Котенко К.В. — концепция и дизайн исследования; Корчажкина Н.Б. — одобрение окончательного варианта рукописи; Михайлова А.А. — анализ литературных источников, создание базы данных; Фролков В.К., Нагорнев С.Н. — статистическая обработка материала; Решетова И.В., Бадимова А.В. — анализ и интерпретация данных, написание текста, научная редакция статьи. Все авторы одобрили рукопись (версию для публикации), а также согласились нести ответственность за все аспекты работы, гарантируя надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и добросовестностью любой её части.

Этическая экспертиза. Исследование проведено в соответствии с требованиями Локального этического комитета (протокол № 4/2022 от 29.11.2022). Все пациенты подписали добровольное информированное согласие на проведение специального научного обследования и лечения с обработкой их персональных данных (в соответствии с ГОСТ Р 14155-2014).

Источники финансирования. Отсутствуют. Исследование проведено в рамках государственного задания на выполнение научно-исследовательской работы.

Раскрытие интересов. Авторы заявляют об отсутствии отношений, деятельности и интересов за последние три года, связанных с третьими лицами (коммерческими и некоммерческими), интересы которых могут быть затронуты содержанием статьи.

Оригинальность. При создании настоящей работы авторы не использовали ранее опубликованные сведения (текст, иллюстрации, данные).

Доступ к данным. Редакционная политика в отношении совместного использования данных к настоящей работе не применима, новые данные не собирали и не создавали

Генеративный искусственный интеллект. При создании настоящей статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использовали.

Рассмотрение и рецензирование. Настоящая работа подана в журнал в инициативном порядке и рассмотрена по обычной процедуре. В рецензировании участвовали два внешних рецензента, член редакционной коллегии и научный редактор издания.

ADDITIONAL INFORMATION

Author contributions: K.V. Kotenko: conceptualization, methodology; N.B. Korchazhkina: writing—review & editing; A.A. Mikhailova: data curation; V.K. Frolkov, S.N. Nagornev: formal analysis; I.V. Reshetova, A.V. Badimova: formal analysis, writing—original draft, writing—review & editing. All the authors approved the version of the manuscript to be published and agreed to be accountable for all aspects of the work, ensuring that questions related to the accuracy or integrity of any part of the work are appropriately investigated and resolved.

Ethics approval: The study was conducted in accordance with the requirements of the Local Ethics Committee (Minutes No. 4/2022 dated November 29, 2022). All patients provided written informed consent for participation in the special scientific examination and treatment, including the processing of their personal data (in accordance with GOST R 14155-2014).

Funding sources: No funding. The study was conducted as part of a state-funded research project.

Disclosure of interests: The authors have no relationships, activities, or interests for the last three years related to for-profit or not-for-profit third parties whose interests may be affected by the content of the article.

Statement of originality: No previously obtained or published material (text, images, or data) was used in this study or article.

Data availability statement: The editorial policy regarding data sharing does not apply to this work, as no new data was collected or created.

Generative AI: No generative artificial intelligence technologies were used to prepare this article.

Provenance and peer-review: This paper was submitted unsolicited and reviewed following the standard procedure. The peer-review process involved two external reviewers, a member of the Editorial Board, and the in-house science editor.

About the authors

Konstantin V. Kotenko

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Email: direktor@med.ru
ORCID iD: 0000-0002-0224-7299
SPIN-code: 5993-3323

MD, Dr. Sci. (Medicine), Professor, Academician of the Russian Academy of Sciences

Russian Federation, Moscow

Natalya B. Korchazhkina

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Email: n9857678103@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-9804-7725
SPIN-code: 9733-7646

MD, Dr. Sci. (Medicine), Professor

Russian Federation, Moscow

Anna A. Mikhailova

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Email: noc@med.ru
ORCID iD: 0000-0002-4260-1619
SPIN-code: 7673-3241

MD, Dr. Sci. (Medicine), Associate Professor

Russian Federation, Moscow

Anna V. Badimova

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Email: nrcs@med.ru
ORCID iD: 0000-0002-0553-4891
SPIN-code: 6733-7183

MD, Cand. Sci. (Medicine)

Russian Federation, Moscow

Inna V. Reshetova

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Email: nrcs@med.ru
ORCID iD: 0000-0001-9555-9760
SPIN-code: 3216-0286
Russian Federation, Moscow

Valery K. Frolkov

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Author for correspondence.
Email: fvk49@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-1277-5183
SPIN-code: 3183-0883

Dr. Sci. (Biology), Рrofessor

Russian Federation, Moscow

Sergey N. Nagornev

Russian Scientific Center of Surgery named after Academician B.V. Petrovsky

Email: drnag@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-1190-1440
SPIN-code: 2099-3854

MD, Dr. Sci. (Medicine), Professor

Russian Federation, Moscow

References

Supplementary files